Главная   |  Новости   |  Жизнь «после рака». Доктор Цивьян о том, как сегодня лечат онкологию
18 мая 2015

Жизнь «после рака». Доктор Цивьян о том, как сегодня лечат онкологию

robot-sestroretsk.jpg

 С каждым годом в России число женских онкологических заболеваний, связанных с репродуктивной системой, увеличивается. Только от рака шейки матки каждые 90 минут в стране умирает одна женщина.

 

Как уберечься от страшной болезни или выйти из нее с наименьшими потерями? Делают ли в Санкт-Петербурге операции по удалению яичников, через которую прошла Анжелина Джоли ради профилактики рака? И почему благотворительность поможет в борьбе с онкологией, «АиФ-Петербург» рассказал Борис Цивьян, один из ведущих хирургов-гинекологов города, заведующий отделением гинекологии СПб ГУЗ «Городская больница № 40» Джоли поступила разумно. 

– Действительно, в последние годы мы наблюдаем рост числа злокачественных заболеваний женской репродуктивной системы. У пациенток старшей возрастной группы чаще всего диагностируют рак тела матки и рак яичников. У петербурженок 20-35 лет – рак шейки матки и, к сожалению, этот вид онкологического заболевания молодеет, а пациентки все чаще приходят с крайне запущенными формами болезни.

Механизм возникновения заболевания известен – это вирус папилломы человека (ВПЧ) 16-го и 18-го типов. Сегодня существуют профилактические вакцины и схемы лечения таких пациентов, главное – вовремя обратиться. Развитие других видов опухолей может быть связано с наследственным фактором, образом жизни, перенесенными заболеваниями и прочее. К примеру, проведя полномасштабное научное исследование, один из ведущих русских онкологов Ян Владимирович Бохман выявил группу пациенток, у которых чаще всего выявляют рак тела матки. Это женщины, страдающие сахарным диабетом, ожирением и бесплодием. И на практике все это подтверждается. Поэтому таким пациенткам нужно особенно следить за своим здоровьем. Чтобы свести риски к минимуму, всем женщинам я настоятельно рекомендую раз в год проходить профилактический осмотр у гинеколога, сдать анализы (в том числе на ВПЧ), сделать цитологическое исследование, УЗИ. Тогда страшные последствия можно будет предотвратить.

– Не так давно американская киноактриса Анжелина Джоли сделала операцию по удалению яичников и маточных труб из-за риска развития рака. Насколько оправдана такая профилактика?

– Я считаю, что она поступила как разумный человек. Мутации в генах BRCA1/ BRCA2 могут вызвать наследственное развитие рака молочной железы и яичников, а также рака толстой кишки, желудка и др. Риск очень высок – около 50%. Наличие такой мутации у пациента сегодня определяют с помощью генетического теста, который и прошла актриса. Удаление же яичников и фаллопиевых труб сводит на нет развитие болезни. Более того, в Санкт-Петербурге тоже делают подобные операции. И такие пациентки не просто приходят к хирургу и ложатся на операционный стол по собственной инициативе. Они проходят тщательное обследование у онкологов, собирается консилиум, взвешиваются все «за» и «против». Буквально на днях я проводил подобную операцию по удалению яичников пациентке, которая, к сожалению, несмотря на советы медиков, несколько затянула с решением оперироваться. И уже перенесла рак обеих молочных желез.

Оперирует робот

– Как современная медицина может сегодня помочь тем, кто уже болен?

– За последние десятилетия онкология шагнула далеко вперед. Сегодня в нашем арсенале химио- и лучевая терапия, молекулярная таргетная терапия,хирургия. Все это дает потрясающие результаты лечения, которое не только значительно продлевает жизнь пациента, но и сохраняет ее качество. Человек остается социально адаптированным, может продолжать работать, заниматься любимым делом. Еще лет 20 назад к этому как-то поверхностно относились. Фактически делалась радикальная хирургическая операция и дальше человек уже «выживал» как мог. Сейчас онкологическая доктрина изменилась, появились эффективные сберегающие методики лечения. Однако у некоторых пациентов остались старые представления о лечении – они опасаются терапии и считают, что от опухоли можно избавиться только хирургическим путем. Что совершенно не так, и порой, например, лучевая терапия дает бо`льший эффект. Все зависит от конкретного случая.

– Насколько эти эффективные методики доступны для обычных людей? Я знаю, что вы, в том числе, оперируете и с помощью робототехники, операция стоит сотни тысяч рублей…

– Так называемый робот «da Vinci» у нас один из самых загруженных в стране, на нем мы делаем около 300 операций в год. Установка позволяет проводить операции с ювелирной точностью – фактически бескровно.Система управления устроена таким образом, что инструменты просто повторяют движения пальцев хирурга, сидящего за пультом управления. А на экран выводится картинка в трехмерном изображении, где виден каждый сосуд. Роботические операции – очень дорогостоящие, и мы работаем в рамках федеральных квот. Государство выделяет порядка 250 тысяч рублей на пациента. Например, нашей больнице в этом году выделено около 250 квот на подобные операции. Конечно, нуждающихся – в разы больше, но надо отдать должное Минздраву, который в непростое экономическое время продвигает такой вид высокотехнологичной помощи населению, что очень затратно для государства.

Самым активным пользователем роботохирургических установок в мире сейчас являются США – в этой стране оперируют около 2000 роботов (в России – около 20). И операции оплачиваются страховыми медицинскими компаниями. Сейчас многие страны Европы хотят пойти по тому же пути.

Родина заплатит

– Тем не менее зачастую онкологические больные вынуждены искать дополнительные средства на лечение, обращаться в благотворительные фонды…

– Лечение онкологических больных, пожалуй, самое дорогостоящее из возможных видов медицинской помощи. Ведь зачастую пациенту требуется комплексное лечение (например, хирургия плюс химиотерапия) и последующая фармакотерапия. И только лечение препаратами может стоить несколько сотен тысяч рублей.

Конечно, расходы бюджета на здравоохранение России и ряда развитых стран могут отличаться в разы. К примеру, в Израиле на это выделяются колоссальные средства, и там за счет государства можно в полном объеме получить все самое современное лечение, включая таргетную терапию. Родина заплатит. Однако стоит отметить, что в Израиле хорошо развита благотворительность и немалая часть бюджета здравоохранения – пожертвования на науку и медицину. Это возведено в ранг национальной политики, об этом постоянно пишут и говорят. Если мимо едет «скорая помощь», то на борту машины вы увидите фамилии людей, которые ее подарили госпиталю. В больнице на томографе почти всегда будет табличка: подарено «господином Бинштейном и его женой Сарой в таком-то году»… У нас до революции меценатство было развито не хуже. И сейчас самое время для его возрождения. Русские – люди сердобольные, добрые. Они хотят помогать. Надо просто дать им эту возможность.

Ольга Сальникова Argumenty-i-Fakty.png